Home / Dahilər / Опреденные силы, руками армян пытаются выдать нашего Великого на все времена – Низами Гянджеви за перса негодует юрист и общественный деятель Венера Аскерова
1326880777_1321821228_nizami-gencevi2

Опреденные силы, руками армян пытаются выдать нашего Великого на все времена – Низами Гянджеви за перса негодует юрист и общественный деятель Венера Аскерова

Присвоение и отторжение культурного и исторического наследия Азербайджана иранским и армянским правительствами это не новость для нас. Рассмотрим это на примере великого азербайджанского поэта Низами Гянджеви.
«Не сломят меня эти бессердечные,
Я жалуюсь тем, которых еще нет на свете,
Моего тюркства в этой Абиссинии не признают».
Низами Гянджеви, из поэмы «Семь красавиц», 1197 г.
Философа и мыслителя XII века Низами Гянджеви (ок. 1140/1-1203/09), несмотря на его тюркское происхождение по отцу и его неоспоримую принадлежность Азербайджану, с завидной настойчивостью и безоговорочност
ью присвоил своей стране, Ирану, и ее титульному этносу, персам, посол Исламской республики Иран (ИРИ) в Азербайджанской Республике Афшар Сулеймани. Не довольствуясь этим, посол заодно отказал и в праве называть азербайджанским поэта XX века, Шахрияра из Тебриза, настаивая на исключительном названии его иранским поэтом (прозвище Низами, как и Шахрияр, являются поэтическими псевдонимами, тахаллусами, данных поэтов).
Политические заявления (а иначе как политическими заявления действующего чрезвычайного и полномочного посла никак иначе понимать невозможно), сделанные А.Сулеймани, весь характер его риторики, подтекст высказываний и история этого вопроса, были вызваны показать исключительность Низами (и Шахрияра), Ирану. Причем, такая логика и последовательность наблюдается уже не в первый раз в вопросах всего, что касается истории, культурного наследия и достояния азербайджанского народа и страны. Практически, это неприкрытое подразумевание полного доминирования и принадлежности практически всего и вся, во всяком случае, до 1828 (год подписания Туркменчайского договора), на территории Азербайджанской Республики Ирану – а также отрицание на называние самих этнических азербайджанцев в Иране, тем, кем они естественно являются – азербайджанскими деятелями (это ни в коей мере не умаляет их одновременной принадлежности другой стране, обществу или культуре, их гражданство).
Заявления посла были продолжением «борьбы» за происхождение и национальную принадлежность поэта – классика XII века между Ираном и Азербайджаном, развернутую еще президентом М.Хатеми во время своего официального визита в нашу страну в 2004 году. Стоит также отдельно отметить, как живо подхватили эти инсинуации все армянские источники и круги, включая даже Минобороны Армении, для которых «вопрос Низами» также представляет большой интерес. Причем, это точнее назвать новым этапом спора, так как если раньше иранская сторона делала такие заявления только у себя в стране, а затем и за рубежом, то теперь, решили перейти в полномасштабное информационное и пропагандистское наступление уже на родной земле Низами. Будет уместным задаться вопросом, почему же во время существования СССР таких заявлений от ИРИ слышно не было? Как, впрочем, не слышно было и о вопросе «статуса Каспия», непризнания морской границы по линии Астара – Гасангули, которая была таковой как минимум с 1921 года, а то и вообще с 1723 года, когда шахский Иран вообще признал все права на Каспий за Российской империей.
Низами Гянджеви относится к золотому кладезю азербайджанской истории и культуры, и без него, а также других гигантов культуры и истории Азербайджана, как Физули, Насими, Хагани Ширвани, и шах Исмаил Хатаи Сефеви, на которых также начали компанию по отрицанию права на название их азербайджанскими поэтами историческими деятелями, наносится сокрушительный удар на культуру, историю, наследие, и национальную идеологию и концепцию азербайджанского народа и государственности. Вначале оккупируются земли, далее проводятся этнические чистки, а затем и отрицание культурного наследия этой страны и народа – хотя необязательно всегда в таком порядке. Азербайджан, в который раз является жертвой всех вышеперечисленных элементов стратегии, и, несмотря на все факты на своей стороне, отбивается пока не так сильно, как должен и может. Пора отражать все такие атаки, удар в удар, и восстанавливать целостность и суверенитет не только территориальный, но и культурно-истор
ический и этно-национальный.
Стоит отметить, что “вопрос Низами”, т.е., его принадлежность той или иной стране, народу, давно уже выходит за рамки искусствоведения и культуры, а особенно ввиду такого высокопоставленного интереса со стороны ИРИ и некоторых других зарубежных кругов, переросло в политическую и идеологическую плоскость, в которой одна сторона (Иран) пытается показать, во-первых, свое бесспорное превосходство, и, во-вторых, практически унизить другую сторону (Азербайджан), отобрав у нее существенную часть культурного и духовного наследия. Такой вызов должен получить ответ, в том числе, от политологов и экспертов-международников.
FB_IMG_15030505821792145
Хотя слова самого Низами, процитированные в начале, сводят на нет все происки иранского официоза.
Да он писал на персидском, но это диктовалось потребностями времени и обстоятельств!!!
В данном случае подход советских ученых, использующих такую терминологию, как «персоязычный поэт», представляется более верным и менее подверженным путанице. Проблема не только в том, что иранцы выдают желаемое за действительное в смысле этнического происхождения Низами, но еще и безапелляционно приписывают Низами исключительно и только к Ирану (Персии), иранской (персидской) культуре, и т.д., по причинам, изложенным в начале поста — это попытка утвердиться за счет Азербайджана, и одновременно отняв историю, вбить комплекс неполноценности. Это все полностью укладывается в единую цепочку иранских претензий к Азербайджану – исторических, территориальных, культурных.
Было бы интересно узнать, существуют ли возражения со стороны иранских официальных лиц, называть Абдурахмана Джами (1414-1492), а также Абульхасан (Абу Абдаллах Джафар) Рудаки (ок. 860 – 941), персо-таджикскими поэтами, и поэтому, принадлежащим в одинаковой степени, как Ирану, так и Таджикистану? То же самое должно касаться великого Абулькасима Фирдоуси (932/41–1020/26). Далее, разве Алишер Навои (1441/4–1501) – не узбекский поэт? Как быть с Амир Хосров Дехлеви (1253-1325), который был тюрком, но жил в Индии и писал на фарси?
Как уже отмечалось выше, персидские националисты, при полной моральной и интеллектуальной поддержке некоторых армянских кругов, претендуют на наследие азербайджанского народа не впервые. При этом, как точно подметил сам Низами,
Чтоб оправдаться, мой обчистив двор,
Хозяина поносит наглый вор.
Когда облава на воров идет:
«Держите вора!» — первым вор орет.
Пускай воруют, так тому и быть, —
Но злоязычья не могу простить…
(“Лейли и Меджнун”, пер. Т.Стрешневой), т.е., сами безосновательно обвиняют азербайджанцев в том, чем занимаются сами.
Так как речь идет об этническом происхождении Низами, о его национальном (гражданском) самосознании и принадлежности, то становится ясным, что ни по одному из тех принципов по которым его пытаются присвоить, он не был иранцем или персом. Ненаучные и невесомые аргументы посла Сулеймани и президента Хатами, что, дескать, раз Низами писал на фарси, то значит, был персом, неубедительны и нелогичны, по нескольким причинам.
Во-первых, есть интересный пассаж, связанный с письмом ширваншаха Ахситана I, присланное весной 1188 г., который, в противовес созданной по заказу тюрков атабеков Азербайджана и посвященной сельджукскому султану Тогрулу II поэмы «Хосров и Ширин», просит создать поэму «Лейли и Меджнун», причем обязательно на фарси или арабском, но никак не на тюрки. Как явствует из самой поэмы, вначале Низами негодовал и не хотел принимать такой заказ, но четырнадцатилетний сын Мухаммед смог его переубедить (см. напр.: Дж.Каграманов, Р.Алиев. «Низами Гянджеви: краткий справочник», Б.: Елм, 1979):
“Хотим, чтоб в честь Меджнуновой любви
Гранил, как жемчуг, ты слова свои. . .
Арабской ли, персидской ли фатой
Украсишь прелесть новобрачной той. . .
Мы знаем толк в речениях людских,
Мы замечаем каждый новый стих.
Но к тюркским нравам непричастен двор,
Нам тюркский неприличен разговор.
Раз мы знатны и саном высоки,
То и в речах высоких знатоки!”
Прочел я… Кровь мне бросилась в лицо, –
Так, значит, в ухе рабское кольцо!
(«Лейли и Меджнун», пер. П. Антокольского, М., 1957, сс. 28-29)
Здесь речь идет о том, на каком языке должна быть создана поэма (на фарси или на арабском) и по каким мотивам (только не тюркским), и ширваншах возражает против использования в написании поэмы тюркского языка, который он считает языком простого народа и Низами показывает свое возмущение по этому поводу.
Многие исследователи также подмечают интересный прием “от обратного”, использованного Низами для акцентирования его собственного тюркского самосознания, приводя рассказ о старухе и Санджарском султане-тюрке (“Сокровищница тайн”), когда старая женщина, возмущенная несправедливостью по отношению к себе, негодуя, обращается к султану:
FB_IMG_15030505758169838
В подстрочном переводе проф. Рустама Алиева (см.: “Низами Гянджеви”, Баку: Yazıçı, 1991, сс. 26-27) звучит так:
персидский вариант (записано кириллицей для упрощения чтения):
Доyлeте-торкан ке болеиди керефт
Мемлекет ез дадпенди керефт
Чон ке то бидадкери первери
Торк неи хендуйе-гареткери.
перевод на русский язык:
Держава тюрков, которая возвысилась,
Обрела власть благодаря любви к справедливости.
Раз ты творишь беззаконие (тиранию)
То ты не тюрок, а вор-индус.
Другими словами, Низами в очередной раз превозносит тюрков и не терпит, когда какой-либо представитель родного этноса, пусть даже могущественный султан, перестает проявлять те положительные “тюркские” качества и достоинства, которые Низами считает присущими каждому тюрку.
Низами Гянджеви – КОРИФЕЙ, он действительно является великим азербайджанским поэтом, который вознес персоязычную поэтическую мысль и школу до небывалых высот, и заслуженно признается классиком персоязычной поэзии. НО ЭТО НЕ ОЗНАЧАЕТ, ЧТО ОН ПЕРС !!!!!

ATO.AZ

About ato.az

Check Also

260px-Tomyris_Plunges_the_Head_of_the_Dead_Cyrus_Into_a_Vessel_of_Blood_by_Alexander_Zick

Tomris Xatun

Share this on WhatsApp e.ə. 570 – e.ə. 520-ci illərdə Massaget hökmdarı e.ə. 570 — e.ə. 520 Varisi: Sparqapis …

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *